Инструмент нашей профессии: умение задавать вопросы на интервью

Репортеры задают слишком много вопросов на интервью, которые скорее скрывают, чем добывают, информацию. «Чтобы сохранить уважение к сосискам и журналистике, человек не должен видеть, как это делается». Мои извинения Отто фон Бисмарку.

Германский «железный канцлер» говорил о «сосисках и законах» более века назад, но актуальное сравнение пришло на ум в понедельник, когда я наблюдал в действии пресс-корпус Пентагона на ежедневном брифинге в Министерстве обороны.

На повестке дня была война в Афганистане и еще одна, ближе к дому, битва за доступ к медиа: репортеры и Министр Обороны Дональд Рамсфилд [Donald Rumsfeld] препирались вокруг пятничной утечки о специальной силовой миссии в Афганистане.

Для журналистов, жаждущих отточить мастерство интервью, настоящий материал заключался не в ответах Рамсфилда, а в вопросах, которые ему задавали.

Словарь определяет вопрос как «предложение в вопросительной форме, адресованное другому лицу, чтобы в ответ получить информацию». Обратите внимание, что в корне английского «question» лежит слово «quest» – «поиск», в свою очередь – «розыски или преследование с целью найти или получить что-либо».

«Вопросы – инструмент очень точный», – говорит Джон Саватски [John Sawatsky], канадский журналист и педагог, который знает, как задавать вопросы и получать полные ответы. При умелом использовании, вопросы разоблачают намеренное «запудривание мозгов».

Интервью – это не искусство, и не наука. Это нечто среднее, ближе к социальным наукам. Можно сделать некоторые прогнозы о ходе интервью, но не абсолютные, потому что интервью подразумевает общение индивидов, которые не всегда ведут себя, как запланировано. Задайте неправильный вопрос, и даже дружественный источник не даст необходимую информацию.

Вопрос – один из самых продуктивных приемов журналиста, но репортеры задают слишком много вопросов (от одной трети до половины, по оценкам Саватски), которые скорее скрывают, чем добывают, информацию.

Просматривая фрагменты прямого эфира понедельничного брифинга Министерства Обороны, и затем, изучая стенограммы, представленные Пентагоном, я обнаружил, по крайней мере, три примера того, как вопросы могут помочь или навредить репортеру, собирающему информацию.

Пример 1: За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь

Вопрос: Господин, Министр, есть ли у вас ответ на обвинения Талибана в том, что американские самолеты разбомбили больницу недалеко от города Герата, убив при этом более сотни людей? И еще, действительно ли американские войска открыто атакуют талибов, защищающих Кабул и Мазар-и Шариф?

Еще по теме:  Как легко писать статьи

Без сомнения, журналист хотел получить ответ не оба вопроса. Но, дав министру два выбора (Саватски называет это вопрос «за двумя зайцами»), он позволил Рамсфилду быть разборчивым, чем последний и воспользовался.

Рамсфилд: Талибан заявляет, что они сбили, по крайней мере, два вертолета, а это неправда. Они не сбивали. Они отмечают, что захватили нескольких американцев, это ложь. Они не захватывали. И у нас нет абсолютно никаких свидетельств в пользу того, что заявление, которые вы приводите, соответствуют действительности.

Журналист хотел двух зайцев, а получил только одного. Результат – синтаксический обман, неопровержимое опровержение обвинений Талибана. В то же время, Рамсфилд сумел увернуться от вопроса о прямых столкновениях с вооруженными силами талибов.

Пример 2: Показать стоп-сигнал

Саватски и другие эксперты по интервью выделяют две категории вопросов: вопросы, которые стимулируют беседу, и вопросы, которые сдерживают ее. Некоторые эксперты называют их: вопросы с открытым концом и вопросы с закрытым концом.

Наиболее эффективны вопросы с открытым концом, они стимулируют интервьюируемого отвечать полно. Их противоположность – закрытые вопросы – требуют короткого, четкого ответа: «Да», «Нет», «Я не знаю» или «Без комментариев». Я предпочитаю термины «стартер беседы» и «тормоз беседы», или «зеленый свет» и «красный свет», потому что это точно выражает, что может сделать вопрос. Как бы вы их не называли, вопрос, который вы решили задать, может подавить собеседника, вместо того, чтобы пригласить его к ответу.

Вопрос: Господин, Министр, два вопроса… один – вам, и один Генералу Майерсу [Myers], если позволите. У вас случилась промашка пару недель назад и вы были довольно рассержены из-за утечки секретной информации. Вы, в своем роде, бросили перчатку в сторону ведомства, пообещав найти и наказать виновных. Теперь Вы тоже пытаетесь найти виновника утечки о пятничных налетах?

И Генералу Майерсу: Хотя вы и не говорите прямо, вы уже дали нам неплохую сводку о пятничных налетах. Продолжаются ли налеты спецназа в Афганистане, пока мы беседуем?

Еще по теме:  Пресс-релиз, который оторвут с руками

Как и в первом примере, это вопрос «за двумя зайцами», да еще и вопрос с закрытым концом. Он предопределяет ответ собеседника.

Рамсфилд: На самом деле, я слишком занят, чтобы самому выяснять, кто «слил» информацию. Я не знаю, занимается ли этим кто-то вообще, если честно. Но я надеюсь, что люди, которые десантировались в Афганистане, не найдут этого человека.

Майерс: По поводу «продолжения» – возможно, продолжается наземная операция. Мы просто не можем сейчас об этом говорить. Как мы уже объявили в субботу: что-то будет открыто, что-то останется засекреченным. Я не буду вдаваться в детали.

Результат такого обмена репликами ничтожен. Слабость вопроса выдает и тот факт, что вопрос (86 слов) длиннее, чем ответ (73 слова).

Для контраста, посмотрите, что получается, когда репортер задает открытый вопрос.

Пример 3: Зеленый свет для собеседника

Вопрос: Генерал Майерс, с военно-стратегической точки зрения, в чем выгода синхронности наступления на силы талибов?

Майерс: Я скажу о синхронности через минуту. Но в общих словах: это не линейная война, и не последовательная война. Чтобы говорить о стадии войны, как это происходит с другими конфликтами, мы должны выбросить все это из головы. Мы сражаемся с врагом, который не пользуется обычными средствами, поэтому и мы будем использовать все доступные средства – и нетрадиционные, и самые обычные. Вы видели тому пример сегодня на видео.

У нас есть представление о том, чего мы хотим добиться, но это не последовательность и не линейность, к которой склонно наше мышление. Мы очень много работали, чтобы обрести видение гибкое и острое. Это большая работа, но не стоит думать об этом в терминологии «стадий»: «мы закончили бомбардировку с воздуха, теперь приступаем к наземной операции». Все будет развиваться по другому сценарию.

Имея это в виду, все обстоит так, как мы и говорили: сейчас мы начинаем отрабатывать некоторые талибские мишени, которые воюют против ребят, которым мы помогаем. Вот, как обстоит дело.

Обратите внимание, как короткий вопрос (18 слов) спровоцировал длинный ответ (154 слова). Но дело не только в количестве, некоторые политики и бюрократы любят поговорить, как будто им платят за каждое слово. Здесь вопрос породил полный, с прорисовкой нюансов ответ, который поможет журналисту понять – и лучше донести до широкой публики – ход мысли военных, столкнувшихся с новым типом войны. Здесь также есть колкие цитаты. В отличие от двух предыдущих примеров, Генерал Майерс захотел поделиться тем, что знает.

Еще по теме:  Используйте фрирайтинг, чтобы писать лучше

Репортеры постоянно ищут самую свежую, злободневную и точную информацию. Идущий от ясного, пытливого и открытого ума, вопрос – это самый важный прием для достижения цели. Вопросы – это ключ, который открывает двери в чью-то жизнь или убеждения. Или они могут действовать как замки, запирающие от вас информацию и истории, необходимые в Вашей работе.

К сожалению, слишком часто интервью превращается в уличный театр, где обе стороны негласно принимают свои роли. Репортеры задают вопросы, которые звучат грозно, но обеспечивают отходные пути, в то время, как интервьюируемый претворяется, что отвечает, а в сущности используют скучный вопрос как стартовую площадку для собственной программы и краснобайства. Больше всех проигрывает от такого обмена публика.

Рекомендации для «здоровых» вопросов:

  • Если возможно, готовьте вопросы заранее.
  • Задавайте вопросы с открытым концом. Вопросы, которые начинаются с «как», «почему», «что», или заставляют вашего собеседника описывать, объяснять и вдаваться в подробности, имеют больше шансов на полный ответ.
  • Один вопрос за раз, пожалуйста.
  • Оставьте пространные речи политикам, а мнения – редакторской полосе.
  • Помните, что интервьюер никогда не может быть звездой интервью.
  • Позвольте вопросам работать.
  • Сопротивляйтесь желанию интерпретировать информацию («Вы были довольно рассержены из-за утечки секретной информации») или предвосхищать ответ («Хотя вы и не говорите прямо»). Пусть говорит собеседник.

Запишите ваше следующее интервью на диктофон. Проанализируйте ваши вопросы: сколько из них «гонятся за двумя зайцами», есть ли у вас закрытые вопросы, морализируете ли вы, используете ли вы аргументы и утверждения, замаскированные под вопрос?

Изучайте чужие интервью: хорошие, плохие и отвратительные. В сети вы найдете немало образцов.

Обсудим?

ОФОРМИТЕ ПОДПИСКУ
Получайте несколько раз в неделю по утрам статьи и подкасты. Не пропустите самого интересного!
* Никакого СПАМа, только статьи по делу!
ОФОРМИТЕ ПОДПИСКУ
Получайте несколько раз в неделю по утрам статьи и подкасты. Не пропустите самого интересного!
* Никакого СПАМа, только статьи по делу!
ОФОРМИТЕ ПОДПИСКУ
Получайте несколько раз в неделю по утрам статьи и подкасты. Не пропустите самого интересного!
* Никакого СПАМа, только статьи по делу!
Понравился материал? Подпишитесь!
Укажите свой адрес электронной почты ниже и подпишитесь на новые статьи. Несколько раз в неделю по утрам в вашем почтовом ящике вас будет ждать свежая, интересная и полезная информация от журнала «Редактор».
Поздравляю! Вы успешно подписались.
Подпишитесь на 50 Приемов Письма!
Укажите свой адрес электронной почты ниже и подпишитесь на 50 Приемов Письма. Каждую неделю вы будете получать письмо с новым приемом. У вас будет время для закрепления навыков, а через неделю придет новый прием!
Поздравляю! Вы успешно подписались.
Свежая статья журнала сделает ваш утренний кофе еще вкуснее!
Никакого СПАМа, только интересные статьи!
Вы успешно подписались!
 
 
 
 

Примечание

Все персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно.


Как появилась эта книга


Летом 2014 года ко мне обратился известный консультант по маркетингу на рынке HoReCa. Мы с ним были давно знакомы: когда я в 2009 году трудился корреспондентом потребительского рынка в ИД «КоммерсантЪ», Андрей работал PR-менеджером в среднего размера кейтеринговой компании и по ошибке несколько раз присылал мне пресс-релизы, хотя я в то время писал на другие темы. Он был очень настойчивым и, несмотря на то, что я твердил ему, что не отвечаю в газете за тему HoReCa, продолжал звонить и спрашивать, был ли полезен пресс-релиз и не хочу ли я получить интервью у руководителя его компании.


И тут Андрей объявился опять – спустя двенадцать лет. Он прислал мне письмо с просьбой о личной консультации.


Мне никогда не приходилось консультировать предпринимателей. В процессе разговора я получил подтверждение своей догадки – Андрей помнил меня по прошлой работе, у меня тогда уже был сайт, на котором я выкладывал анонсы своих статей и вел рассылку для ньюсмейкеров, поэтому в его глазах я был один из тех, кто «знает» Интернет.


Мои попытки спустить дело на тормозах не увенчались успехом – Андрей был, как всегда, настойчив. Тогда я назвал за свои услуги достаточно высокую цену. Но и тут я не смог увильнуть от работы, так как Андрей согласился на мои условия. Проект становился все более интересным, и после двух встреч мы подписали договор, я начал вникать в бизнес Андрея. Когда мы стали рассматривать его бизнес и задачи, которые нужно решить, оказалось, что все сложно. Андрей очень активно консультировал отели, рестораны, кафе в области маркетинга. В основном он помогал извлекать больше денег из существующей площади без дополнительных вложений и привлечения дополнительного персонала.


Проблема состояла в том, что везде он присутствовал лично, все встречи, консультации, мероприятия проводил лично, в офлайне, посещая эти места и разговаривая с владельцами и менеджерами. Такое взаимодействие сформировалось исторически и было обусловлено несколькими причинами. Владельцы кафе и ресторанов привыкли к личному общению. Это и стало моей главной задачей – избавиться от личных встреч, не разрушив отношений с клиентами и сохранив текущий уровень дохода.


При первом анализе оказалось, что нанимать сотрудников было бесполезно, потому что при работе с клиентами был важен личный контакт. После анализа нескольких вариантов я предложил Андрею следующий план: встречи с владельцами заведений остаются за ним, а работу с персоналом мы автоматизируем при помощи дистанционного онлайн-обучения.


Изначально предполагалось, что это будут видеоуроки для различного типа заведений, выходящие еженедельно. При дальнейшем анализе от видеоформата пришлось отказаться, так как сотрудникам требовалась спокойная обстановка и время для просмотра видео, чтобы понять и применить все то, о чем рассказывается в ролике. Смотреть видео на рабочем месте могли далеко не все, а смотреть его в нерабочее время никто не хотел.


Итак, я остановился на формате электронной книги. Плюсов было несколько: электронную книгу просто создавать и распространять, ее можно читать на компьютере, планшете и смартфоне, ее просто продавать. Минус был только один – кто-то должен каждую неделю писать эту электронную книгу. Причем предполагалось, что это будет не брошюра на 50 листов, а полноценное руководство объемом 100–150 тысяч знаков. Информации у Андрея было предостаточно, осталось только разработать способ быстрого написания книги.


Нанимать фрилансера для написания книг не имело смысла, так как Андрею пришлось бы проводить с ним много времени. Вариант с надиктовкой также отпал, поэтому Андрею осталось только одно – научиться писать одну электронную книгу в неделю.


У меня есть опыт тренерской работы, поэтому я хорошо знаю, что самый лучший метод обучения взрослого человека новому навыку – это метод погружения. В результате Андрей забронировал на две недели в подмосковном пансионате два номера, и мы начали обучение.


Как строился график письма?


В воскресенье мы искали тему, которую нужно было раскрыть, и писали к ней план. Первоначально планы были очень подробные. Это весьма замедляло работу, но очень помогало сконцентрировать внимание на том, что важно, и не потерять нить повествования. Это также помогало мне понять, о чем будет каждая глава – я не эксперт в маркетинге ресторанов, кафе и отелей – и не отходить от темы.


В воскресенье вечером план был готов, и в понедельник с утра Андрей садился писать. Он начинал писать сразу после завтрака, делал перерыв на обед, где мы обсуждали, как идет работа, и заканчивал вечером, принося с собой на ужин распечатанный материал.


После ужина Андрей отдыхал, а я просматривал текст, акцентируя внимание не на содержании, а на структуре. Мне было важно, чтобы работа шла строго по плану, чтобы информация выдавалась в каждой главе равными порциями и при этом сохранялась общая нить повествования.


Когда были сложности с написанием?


В первый день, когда процесс письма только начинается, сложностей обычно не бывает, потому что есть состояние эйфории от того, что начата работа над новой книгой. Первые проблемы начинаются во вторник, когда кажется, что информации может не хватить на целую книгу. Как правило, в этот же день приходит понимание того, насколько тяжелая предстоит работа, что не помогает письму. Среда проходит на эмоциональном и творческом подъеме, так как автор гордится тем, что преодолел тяжелый вторник. В четверг настроение еще лучше, работоспособность высокая – написано уже более половины книги, автор успевает расписаться к этому моменту. Пятница может принести сюрпризы – бывает так, что с первого раза не удается написать концовку, завершить беседу с читателем. А бывает, что работа над книгой заканчивается и до обеда.


Купите книгу, чтобы продолжить чтение


VISA / MasterCard PayPal   Яндекс Деньги Webmoney
ДОСТАВКА СТАТЕЙ НА ПОЧТУ
Бронь подтверждена
Как только новая статья появится в Журнале - вы получите письмо.
Спасибо!