Инструмент нашей профессии: умение задавать вопросы на интервью

Репортеры задают слишком много вопросов на интервью, которые скорее скрывают, чем добывают, информацию. «Чтобы сохранить уважение к сосискам и журналистике, человек не должен видеть, как это делается». Мои извинения Отто фон Бисмарку.

Германский «железный канцлер» говорил о «сосисках и законах» более века назад, но актуальное сравнение пришло на ум в понедельник, когда я наблюдал в действии пресс-корпус Пентагона на ежедневном брифинге в Министерстве обороны.

На повестке дня была война в Афганистане и еще одна, ближе к дому, битва за доступ к медиа: репортеры и Министр Обороны Дональд Рамсфилд [Donald Rumsfeld] препирались вокруг пятничной утечки о специальной силовой миссии в Афганистане.

Для журналистов, жаждущих отточить мастерство интервью, настоящий материал заключался не в ответах Рамсфилда, а в вопросах, которые ему задавали.

Словарь определяет вопрос как «предложение в вопросительной форме, адресованное другому лицу, чтобы в ответ получить информацию». Обратите внимание, что в корне английского «question» лежит слово «quest» – «поиск», в свою очередь – «розыски или преследование с целью найти или получить что-либо».

«Вопросы – инструмент очень точный», – говорит Джон Саватски [John Sawatsky], канадский журналист и педагог, который знает, как задавать вопросы и получать полные ответы. При умелом использовании, вопросы разоблачают намеренное «запудривание мозгов».

Интервью – это не искусство, и не наука. Это нечто среднее, ближе к социальным наукам. Можно сделать некоторые прогнозы о ходе интервью, но не абсолютные, потому что интервью подразумевает общение индивидов, которые не всегда ведут себя, как запланировано. Задайте неправильный вопрос, и даже дружественный источник не даст необходимую информацию.

Вопрос – один из самых продуктивных приемов журналиста, но репортеры задают слишком много вопросов (от одной трети до половины, по оценкам Саватски), которые скорее скрывают, чем добывают, информацию.

Просматривая фрагменты прямого эфира понедельничного брифинга Министерства Обороны, и затем, изучая стенограммы, представленные Пентагоном, я обнаружил, по крайней мере, три примера того, как вопросы могут помочь или навредить репортеру, собирающему информацию.

Пример 1: За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь

Вопрос: Господин, Министр, есть ли у вас ответ на обвинения Талибана в том, что американские самолеты разбомбили больницу недалеко от города Герата, убив при этом более сотни людей? И еще, действительно ли американские войска открыто атакуют талибов, защищающих Кабул и Мазар-и Шариф?

Еще по теме:  Пишите тексты для Social Media, чтобы зарабатывать больше

Без сомнения, журналист хотел получить ответ не оба вопроса. Но, дав министру два выбора (Саватски называет это вопрос «за двумя зайцами»), он позволил Рамсфилду быть разборчивым, чем последний и воспользовался.

Рамсфилд: Талибан заявляет, что они сбили, по крайней мере, два вертолета, а это неправда. Они не сбивали. Они отмечают, что захватили нескольких американцев, это ложь. Они не захватывали. И у нас нет абсолютно никаких свидетельств в пользу того, что заявление, которые вы приводите, соответствуют действительности.

Журналист хотел двух зайцев, а получил только одного. Результат – синтаксический обман, неопровержимое опровержение обвинений Талибана. В то же время, Рамсфилд сумел увернуться от вопроса о прямых столкновениях с вооруженными силами талибов.

Пример 2: Показать стоп-сигнал

Саватски и другие эксперты по интервью выделяют две категории вопросов: вопросы, которые стимулируют беседу, и вопросы, которые сдерживают ее. Некоторые эксперты называют их: вопросы с открытым концом и вопросы с закрытым концом.

Наиболее эффективны вопросы с открытым концом, они стимулируют интервьюируемого отвечать полно. Их противоположность – закрытые вопросы – требуют короткого, четкого ответа: «Да», «Нет», «Я не знаю» или «Без комментариев». Я предпочитаю термины «стартер беседы» и «тормоз беседы», или «зеленый свет» и «красный свет», потому что это точно выражает, что может сделать вопрос. Как бы вы их не называли, вопрос, который вы решили задать, может подавить собеседника, вместо того, чтобы пригласить его к ответу.

Вопрос: Господин, Министр, два вопроса… один – вам, и один Генералу Майерсу [Myers], если позволите. У вас случилась промашка пару недель назад и вы были довольно рассержены из-за утечки секретной информации. Вы, в своем роде, бросили перчатку в сторону ведомства, пообещав найти и наказать виновных. Теперь Вы тоже пытаетесь найти виновника утечки о пятничных налетах?

И Генералу Майерсу: Хотя вы и не говорите прямо, вы уже дали нам неплохую сводку о пятничных налетах. Продолжаются ли налеты спецназа в Афганистане, пока мы беседуем?

Еще по теме:  Слово, которое нужно забыть, когда вы пишете тексты для клиентов

Как и в первом примере, это вопрос «за двумя зайцами», да еще и вопрос с закрытым концом. Он предопределяет ответ собеседника.

Рамсфилд: На самом деле, я слишком занят, чтобы самому выяснять, кто «слил» информацию. Я не знаю, занимается ли этим кто-то вообще, если честно. Но я надеюсь, что люди, которые десантировались в Афганистане, не найдут этого человека.

Майерс: По поводу «продолжения» – возможно, продолжается наземная операция. Мы просто не можем сейчас об этом говорить. Как мы уже объявили в субботу: что-то будет открыто, что-то останется засекреченным. Я не буду вдаваться в детали.

Результат такого обмена репликами ничтожен. Слабость вопроса выдает и тот факт, что вопрос (86 слов) длиннее, чем ответ (73 слова).

Для контраста, посмотрите, что получается, когда репортер задает открытый вопрос.

Пример 3: Зеленый свет для собеседника

Вопрос: Генерал Майерс, с военно-стратегической точки зрения, в чем выгода синхронности наступления на силы талибов?

Майерс: Я скажу о синхронности через минуту. Но в общих словах: это не линейная война, и не последовательная война. Чтобы говорить о стадии войны, как это происходит с другими конфликтами, мы должны выбросить все это из головы. Мы сражаемся с врагом, который не пользуется обычными средствами, поэтому и мы будем использовать все доступные средства – и нетрадиционные, и самые обычные. Вы видели тому пример сегодня на видео.

У нас есть представление о том, чего мы хотим добиться, но это не последовательность и не линейность, к которой склонно наше мышление. Мы очень много работали, чтобы обрести видение гибкое и острое. Это большая работа, но не стоит думать об этом в терминологии «стадий»: «мы закончили бомбардировку с воздуха, теперь приступаем к наземной операции». Все будет развиваться по другому сценарию.

Имея это в виду, все обстоит так, как мы и говорили: сейчас мы начинаем отрабатывать некоторые талибские мишени, которые воюют против ребят, которым мы помогаем. Вот, как обстоит дело.

Обратите внимание, как короткий вопрос (18 слов) спровоцировал длинный ответ (154 слова). Но дело не только в количестве, некоторые политики и бюрократы любят поговорить, как будто им платят за каждое слово. Здесь вопрос породил полный, с прорисовкой нюансов ответ, который поможет журналисту понять – и лучше донести до широкой публики – ход мысли военных, столкнувшихся с новым типом войны. Здесь также есть колкие цитаты. В отличие от двух предыдущих примеров, Генерал Майерс захотел поделиться тем, что знает.

Еще по теме:  Три причины, по которым я ненавижу копирайтинг

Репортеры постоянно ищут самую свежую, злободневную и точную информацию. Идущий от ясного, пытливого и открытого ума, вопрос – это самый важный прием для достижения цели. Вопросы – это ключ, который открывает двери в чью-то жизнь или убеждения. Или они могут действовать как замки, запирающие от вас информацию и истории, необходимые в Вашей работе.

К сожалению, слишком часто интервью превращается в уличный театр, где обе стороны негласно принимают свои роли. Репортеры задают вопросы, которые звучат грозно, но обеспечивают отходные пути, в то время, как интервьюируемый претворяется, что отвечает, а в сущности используют скучный вопрос как стартовую площадку для собственной программы и краснобайства. Больше всех проигрывает от такого обмена публика.

Рекомендации для «здоровых» вопросов:

  • Если возможно, готовьте вопросы заранее.
  • Задавайте вопросы с открытым концом. Вопросы, которые начинаются с «как», «почему», «что», или заставляют вашего собеседника описывать, объяснять и вдаваться в подробности, имеют больше шансов на полный ответ.
  • Один вопрос за раз, пожалуйста.
  • Оставьте пространные речи политикам, а мнения – редакторской полосе.
  • Помните, что интервьюер никогда не может быть звездой интервью.
  • Позвольте вопросам работать.
  • Сопротивляйтесь желанию интерпретировать информацию («Вы были довольно рассержены из-за утечки секретной информации») или предвосхищать ответ («Хотя вы и не говорите прямо»). Пусть говорит собеседник.

Запишите ваше следующее интервью на диктофон. Проанализируйте ваши вопросы: сколько из них «гонятся за двумя зайцами», есть ли у вас закрытые вопросы, морализируете ли вы, используете ли вы аргументы и утверждения, замаскированные под вопрос?

Изучайте чужие интервью: хорошие, плохие и отвратительные. В сети вы найдете немало образцов.

Правила комментирования

Журнал «Редактор» создан для читателей, поэтому обсуждения статей приветствуются. В комментариях не допускаются ругательные, оскорбительные или негативно-оценочные высказывания в отношении читателей, участников обсуждения, авторов статей и редакции. В комментариях запрещено размещать ссылки на сторонние сайты. Все комментарии проходят постмодерацию выпускающего редактора.

Обсудим статью?

Спасибо за подписку!
Спасибо за подписку!